— Мнѣ кажется…. началъ было онъ.
— Мнѣ кажется, перебила Юленька, — завтра все-таки надо устроить кавалькаду, графъ.
Русановъ расхохотался, и разговоръ принялъ другое направленіе.
Послѣ ужина, всѣ вышли провожать гостей. Двое дворовыхъ съ трудомъ удерживали графскаго коня, покрытаго тигровымъ вальтрапомъ: бѣлая пѣна капала съ мундштука: онъ рылъ землю ногой, и, храпя, косился на дрожащее пламя свѣчи. Графъ, чуть коснувшись чолки, сидѣлъ уже въ сѣдлѣ, а конь, почувствовавъ себя на свободѣ, взвился было на дыбы, но тотчасъ сталъ какъ вкопаный подъ сильнымъ цукомъ. Владиміръ усѣлся на свои дрожки.
— Вы не злитесь на меня? говорилъ графъ, выѣзжая изъ воротъ.
— Ничуть: вы испортили мнѣ вечеръ, вотъ и все!
— Фу, какъ вы поэтически выражаетесь!
— У васъ научился…. Вамъ налѣво?
— Да, не по пути. До завтра?
— До завтра.