— Что это значитъ? говоритъ инспекторъ, расталкивая надзирателя.
— Марья Ивановна, душенька, отвѣчаетъ тотъ, — цапнемъ.
Инспекторъ болѣе не тревожитъ его. Онъ идетъ тихими шагами по корридору. Поднимать шумъ изъ-за того, что воспитанники уходятъ куда-то по ночамъ, нѣтъ никакой надобности; ушли — значитъ не въ первый разъ; вернутся — тамъ видно будетъ что дѣлать. Болѣе серіозныя мысли занимаютъ педагога.
"Гдѣ же взять людей? Гдѣ ихъ взять? думаетъ онъ, ходя изъ угла въ уголъ по своему кабинету. — Негдѣ взять, рѣшаетъ онъ къ утру. — А если есть, такъ на это жалованье не пойдутъ."
Инспекторъ рѣшился дожидаться возвращенія заблудшихъ питомцевъ и всю ночь просидѣлъ у окна. Наконецъ, часу въ четвертомъ, показались на дворѣ нѣсколько гимназистовъ. Онъ накинулъ шинель и встрѣтилъ ихъ на крыльцѣ.
Произошло небольшое смятеніе.
— Гдѣ жь это вы были, господа?
— Мы надѣемся, господинъ инспекторъ, что вы не станете оспаривать права учениковъ старшаго класса отлучиться безъ спроса изъ заведенія, сказалъ одинъ изъ нихъ.
— Не надѣйтесь. Позвольте, что это такое? продолжалъ Разгоняевъ, взявъ у одного толстую кипу бумаги.
Смятеніе стало общимъ. Въ кипѣ оказалось листовъ сто литографированнаго журнала съ возмутительными стихотвореніями и пасквилями….