— Пей, пани! крикнулъ тотъ, протягивая ей стаканъ водки.
— Горѣлка? Дай! — Она насильно заставила себя выпить полстакана, и, поперхнувшись, со слезами на глазахъ, опрокинула его въ траву.
— Графъ зоветъ васъ всѣхъ къ себѣ, сказалъ подошедшій къ нихъ Леонъ.
Въ палаткѣ Бронскаго собрались назначенные имъ офицеры. У входа стояла простая одноколка въ одну лошадь. Пани Лисевичъ привезла графу письмо инсургентовъ съ извѣстіемъ о стоянкѣ въ пятидесяти верстахъ дальше, и о предстоящемъ походѣ болотами и лѣсомъ на уѣздный городокъ.
Инна съ удивленіемъ глядѣла на Бронскаго.
Онъ сидѣлъ на кучѣ дорогихъ ковровъ въ гордой, повелительной позѣ, и едва кивнулъ головой вошедшимъ: Ова пошла знакомиться съ Полькой.
— Привѣтъ вамъ, сказала она, пожавъ ей руку:- женщины вступаютъ въ свои права!
— Что вы дѣлаете, шепнулъ ей Коля:- знаете ли вы кто эта дама? Это…. камелія.
— Здѣсь всѣ равны! отвѣтила Инна:- тѣмъ хуже для патріотокъ, если падшія женщины подаютъ имъ примѣръ.
— Панове! заговорилъ Бронскій:- мы должны расчистить мѣсто товарищамъ; они придутъ съ похода, имъ въ пору будетъ только съ гарнизономъ управиться; наше дѣло отрѣзать расквартированный по хуторамъ эскадронъ…. Я думаю….