Онъ схватилъ шляпу.
— Куда же вы? Мы еще позавтракаемъ, спокойно предложила она, между тѣмъ какъ лицо стало почти одного цвѣта съ воротничкомъ. — Вотъ я сейчасъ распоряжусь…. виновата, у меня голова что-то закружилась….
Она выбѣжала въ сѣни, оттуда въ садъ, упала въ траву и зарыдала истерическимъ смѣхомъ.
А черезъ полчаса они сидѣли другъ противъ друга, глядя въ тарелки, изрѣдка прося передать то или другое блюдо и насильно заставляя себя ѣсть.
Русановъ почти безсознательно простился съ ней. Онъ шелъ, не разбирая дороги, все прямо, какъ птицы летаютъ, до самой гостиницы, обращая на себя вниманіе прохожихъ, и чуть не попавъ подъ колеса.
"Во что бы то ни стало!" бродило у него въ головѣ.
А Инна заперлась въ своей комнаткѣ на цѣлый день.
Къ ночи пріѣхалъ Леонъ; она вышла къ нему, едва держась на ногахъ; о прошломъ не было слова помянуто.
— Ну, что жь тутъ у тебя подѣялось? говорилъ онъ, усаживаясь рядомъ на диванъ.
— Владиміръ здѣсь…. Бѣдняжка хитрилъ со мной давеча; развѣ я не вижу, что чѣмъ больше озадачишь его, только масла въ огонь…. Научи ты меня, что дѣлать…. Отказаться отъ него силъ нѣтъ, не могу.