В неумолимой борьбе,

Будут рассказы о ближних

И иногда — о себе.

Длинные, цепкие руки

Сдавят до боли виски.

Мир потускнеет от скуки

И небывалой тоски.

Встанут забытые лица,

Кто — и зачем — не пойму.

Дом, где так трудно забыться,