И ширилась тоска.

Открылись сумрачные люки.

Как будто в глубь могил.

Дрожа, не находили руки

Канатов и перил.

Пугливо озирались в трюмах

Зрачки незрячих глаз.

Спустилась ночь, — страшна, угрюма.

Такая — в первый раз.

Раздался взрыв: тяжелый, смелый.