Про ласку на моем лице,
О том, что сердце умирает
В разлуке вверенном кольце.
Вот я лечу к волшебным далям,
И пусть она одна мечта —
Я припадал к её сандалиям,
Я целовал её уста!
Я целовал «врата Дамаска»,
Врата с щитом, увитым в мех,
И пусть теперь надета маска