Анюта. Какая ж и то беда?
Трофим. И то не беда, что он пристал у попа; да то беда, что он, Анютушка, сердит. А даром он никогда сердит не бывает.
Лукьян. Ну, так мы ему за то заплатим, чтобы он перестал сердиться.
Трофим. Боюсь, чтоб нам слишком дорого не заплатить. Я его так сердитого и никогда не видал. Я пришел к попу и, отправя им обеим по поклону, сказал: "Батюшка, пожалуй в церковь, - уже и Лукьян из города воротился. И твою милость, господин приказчик, просим на свадебной пир", а он, как зверь, посмотрел на меня и закричал: погоди, это не уйдет, и сегодни свадьбы не бывать.
Лукьян. Свадьбы не бывать!
Трофим. Да, Лукьянушка.
Анюта. Да для чего же?
Трофим. Не знаю, Анютушка.
Лукьян. Пойду к этому злодею, которой счастие мое удаляет; пойду, пускай возьмет, что хочет, я все отдам, лишь только б не препятствовал мне сегодни быть благополучным. Боже мой! как мы несчастливы! нам должно пить, есть и жениться по воле тех, которые нашим мучением веселятся и которые без нас бы с голоду померли. Пойдем, Трофим, пойдем и ты, Анютушка. Помогите мне его упрашивать.
Анюта. Да вот и приказчик. Зачем с ним так много людей?