Косматый был одет далеко не изящно; он сразу увидел в каком отличном состоянии было оставленное платье, а главное дело, он обратил особенное внимание на жилет и лежавшие в нем часы с цепочкой возбудили в нем восхищение, которое он с трудом скрыл. Толкнуть все в угол, засыпать немного угольной пылью было минутным делом; к счастию, Джэк был слишком озабочен опасностью, которой подвергался Нед через бегство полицейскаго агента, чтобы обратить внимание на брошенное последним платье. Как мы уже видели, Косматый отвечал на вопрос Джэка уклончиво, в тоже время, обещаясь себе не потерять подобной добычи.
Теперь читатель поймет, почему в эту ночь погода показалась ему слишком гадкой.
Косматый решился присвоить себе платье бежавшаго и с этой–то единственной целью он оставил своих спутников.
Впрочем, исполнение этого плана не представляло, по видимому, никаких затруднений, было очевидно, что Джэк даже и не вспомнит о нескольких тряпках, как их назвал Косматый и что все достанется без раздела последнему.
Дойдя до трапа, Косматый осторожно поднял его, самое трудное было действовать в темноте, потому что было может быть опасно привлечь на себя внимание или Кэт или товарищей, которые могли в это время проходить мимо таверны.
Тем не менее все обошлось благополучно.
Косматый добрался до дна подвала, пошарил в нем, затем нашел платье и бросил его на верх, затем поспешно перебрался к той скамейке, которую так великодушно дала ему Кэт. Он пощупал жилет: часы лежали там по прежнему и, замечательная вещь, они даже шли. Косматый с восторгом прислушался к их правильному стуку.
Но радость его перешла всякую границу, когда, засунув пальцы в другой карман жилета, он ощупал в нем деньги. Пальцы мошенника не легко обмануты, поэтому Косматый сразу оценил достоинство неожиданной находки. В кармане лежал суверен, две кроны и несколько пенсов, одним словом целое сокровище.
Не смотря на торжественность минуты, Косматый готов был предаться шумному выражению радости, но место было не совсем удобно для этого и лучше всего следовало как можно скорее убраться.
— Но, сказал он себе, будем благоразумны до конца. Вместо того, чтобы стеснять себя этим неудобным свертком, не лучше–ли дать ему сразу его настоящее назначение.