В эту минуту раздался колокольчик графа Листаль и появился лакей сказать графине, что граф просит ее к себе.
— Не безпокойтесь, сказал, прощаясь, Нед, я отвечаю за все.
— А когда мы увидимся?
— Вечером; я приду навестить графа Листаля.
X.
— Как? это вы! говорила утром в тот–же самый день мадам Клементина, привратница дома No 3, в улице Сент—Шапель.
Это восклицание относилось к господину, появившемуся перед домом.
— Это вы! и в каком виде, великий Боже! продолжала достойная женщина. Откуда это вы? из больницы?
Действительно, личность, которую Клементина приняла с выражениями такого глубокаго участия, носила на своем лице следы тяжкой болезни.
Лысый и худой, Ферм, так как это был он, едва двигался. Его члены, никогда не отличавшиеся чрезмерной полнотой, теперь болтались как в мешке, в слишком широком платье. Он был желт, как лимон. Видно было, что какое–то ужасное несчастие разбило эту организацию.