На такое быстрое и единогласное решение правления повлияло и следующее странное обстоятельство. Как раз в день заседания правления к председателю его явился некий московский 1 — й гильдии купец Шик и предъявил визитную карточку Мануйлова с рекомендательной на ней надписью и просьбой оказать предъявителю содействие в его „справедливом деле".
„Справедливое дело" заключалось в предложении Шика банку приобрести за крупную сумму при его посредстве большое лесное имение, при чем размеры сделки были таковы, что законный куртаж, который выпадал бы на долю Шика, был бы равен 140 тыс. руб.
Гр. Татищев ответил, что это дело требует предварительного ознакомления; нельзя же его решать сразу.
Тогда Шик воскликнул:
— Но ведь это просит Мануйлов!
Появление Шика и домогательства его были истолкованы правленьем банка как один из эпизодов начатого Мануйловым длительного шантажирования банка, и поэтому решено было немедленно положить конец предпринятому Мануйловым походу путем обращения к властям.
Утром 18 августа И. С. Хвостов снова приехал в Петроград и, по указанию ген. Климовича, написал заявление начальнику петроградского военного округа, с изложением обстоятельств дела
На следующий день, предварительно переговорив по телефону с Мануйловым и условившись с ним о месте встречи на квартире последнего, в д. № 47 по ул. Жуковского, Хвостов предупредил полицию и военные власти о месте свидания, послав им одновременно список номеров тех кредитных билетов, которые он предполагал передать Мануйлову.
В назначенный час И. С. Хвостов, приехал к нему и вручил пакет с 25.000 руб.
— Вчера в комиссии, — сказал при этом Мануйлов И. С. Хвостову, — поднимался вопрос о соединенном банке, и, благодаря моим настояниям, дело ликвидировано: решено ограничиться одним выговором, при чем мне удалось-устроить так, что и выговор будет объявлен не гр. Татищеву, а вам. Вы получите телеграмму с вызовом в комиссию, явитесь туда, и там официально вам будет объявлен выговор двумя членами комиссии: мною и еще одним!