А тут еще, как назло, налетел такой ураган, что поднял осла вместе с его всадниками на воздух.
Не успели мы опомниться, как осел вместе со своими всадниками очутился на верхушке росшего у дороги дерева.
– Вот так ‹спокойный конь›! – вырвалось у меня. Осел между тем, застряв вверх ногами в ветвях дерева, стал барахтаться и реветь.
– Братцы, помогите нам спустить коня! – закричал Мик и, обращаясь ко мне, прибавил: – Полезай, Мурзилка, сюда, вот тебе вожжи, держи их.
Но я отказался.
Другие вместо меня полезли на дерево. Мик, привязав веревку ослу к ногам и к шее, сам усевшись на него, скомандовал:
– Ну, братцы, тихонько спускайте!
Ослу, очевидно, хотелось поскорее очутиться на земле: как ни кричал Мик ‹тише! тихонько!›, он так и рвался вперед.
С большим трудом, при дружных усилиях малюток удалось наконец спустить осла на землю.
Это было последнее приключение на необитаемом острове, так как вскоре после этого мы уехали с острова.