Что касается меня, то я чуть было опять не упал в обморок – не от страха, конечно, нет: мне стало не по себе, когда я увидел сердитую рыбу, готовую проглотить бедного Индейца…
Прошло еще несколько времени, и вода совсем покрыла нашу скалу. Мы очутились глубоко в воде и поневоле начали плавать. Только мне одному удалось удержаться над поверхностью, так как я успел усесться на Знайке и Фунтике.
Несносные морские птицы теперь стали опускаться над выступавшими из воды головами. Казалось, спасения нет: кто не утонет или не попадет в пасть акулы, того схватит птица. Струсили, конечно, все. Только я один держался смело и если и дрожал, то не от страха, а оттого, что вода в море была ужасно холодная…
Велика была наша радость, когда мы наконец опять очутились на твердой земле, до которой мы доплыли после долгих усилий.
За исключением одного меня, все были страшно изнурены, а некоторые из лесных малюток, добравшись до берега, упали даже на землю без сознания. На беду, в числе последних оказался и доктор Мазь-Перемаз, так что некому было помогать больным или упавшим от усталости в обморок. Пришлось мне, Мурзилке, заменить доктора. Вытащив из кармана доктора склянки с лекарствами, я одному дал понюхать спирту, другому влил капли в рот, третьему натирал лоб лекарством и так далее.
Но лесные человечки не привыкли долго хворать: на следующее утро все уже были совершенно здоровы и собрались на небольшой лужайке, чтобы обсудить, куда ехать.
– Прежде всего надо бы узнать, где мы находимся, – заявил я.
– Знайка, это ты должен ответить на этот вопрос, – заметил Фунтик.
Но Знайка ничего не мог сказать. Он заметил только, что мы, очевидно, находимся в какой-нибудь жаркой стране.
Тут на помощь явился Прыжок, который предложил съездить на своем велосипеде в окрестности, чтобы узнать, нет ли где поблизости людского жилья, города или тому подобного.