Мерлин. Королева — святая.
Король. Верно. Королева святая, зато я не святой, и мои нововведения ей не нравятся. (Зовет.) Бландина! Гиневра!
Бландина (из-за кулис). Да, отец.
Король (Мерлину). Вот видите. (Громко.) Попроси мать и брата прийти сюда, и сама с ними приходи.
Бландина (из-за кулис). Хорошо, отец.
Лже-Гавейн. Мне, может быть, лучше удалиться.
Король. Останься!
Дверь в глубине открывается. Входит королева с сыном и дочерью. Они приближаются, отходят вправо и стоят там, потупясь. У Саграмура на тунике посреди груди кровавое пятно от неисцелимой раны. Мерлин низко кланяется. Вошедшие стоят неподвижно.
Королева. Вы звали меня, сир?
Король. Гиневра, и ты, Бландина, и ты, Саграмур, я хотел посоветоваться с вами по поводу новой моды, которую думает завести наш любезный племянник. Подойди, Гавейн. Что скажете о его парадном одеянии? (Королева и дети одновременно взглядывают на него и снова опускают глаза. Молчание.) Так я и думал. Наши праведницы и наш поэт не одобряют.