Флоран. Лиан, Лиан… Спроси свое сердце…
Лиан. Не говори со мной о сердце. И ты, и Эстер, вы оба путаете сердце с… давно устаревшей театральной сентиментальностью! Жертвуйте собой. Отдавайте себя! Убивайте себя, но не говорите со мной о сердце. Ах! Нет… Сердце — это совсем другое. У меня жестокое сердце, Флоран, и я горжусь этим. Мягкие сердца мне отвратительны! Ты хочешь, чтобы я любила тебя, мой бедный Флоран, и ты хочешь, чтобы и волки были сыты, и овцы целы, чтобы я постоянно присутствовала на спектакле, смотря на Флорана, ходящего на цыпочках, и Эстер, находящуюся в ожидании…
Эстер. В ожидании чего?
Лиан. Продолжаете изображать невинность? Вы хотите, чтобы я вам откровенно сказала, на что вы будете похожи в этом доме? Берегитесь! Флоран. Лиан!
Лиан. Вы будете похожи на людей, которые в переполненном ресторане стоя ждут, когда освободится столик. Их присутствие мешает сидящим за столиком спокойно есть!
Флоран. Эстер, не слушай ее… Лиан, это мерзко! Эстер только что меня глубоко растрогала, признавшись мне, что ее мечта — спокойно жить около нас…
Лиан. Потому что она труслива и не смеет прижать тебя к стенке. А ты… ты тоже трус, мой добрячок! Ты все улаживаешь, Флоран… Эстер тоже все приспосабливается… А я никогда в жизни не буду приспосабливаться, что бы ни случилось.
Флоран. Жестокое сердце… Черствое. На сердце тоже бывает мода. Сейчас оно больше не в моде. Твое поколение его «не носит».
Лиан. Сердце действительно нельзя носить. Его нельзя демонстрировать, обнажать. Мое поколение целомудренно. Мы его скрываем.
Флоран. Не существует тысячи видов любви… Любовь — одна. Эстер тебя любит.