И по слову Сослана нартские дружки вскочили на своих коней и поехали прочь.
Хамыц последним покинул дом Бцента. Невесту его в лягушечьей шкурке посадили Бцента под высокую луку Хамыцова седла. Печальный вернулся Хамыц домой. Поставил он коня своего в конюшню, снял седло и сбрую и так низко опустил голову от стыда, что высоко поднялись над ней его плечи. Вошел он в дом. Бросил седло в угол и в горе повалился на постель.
Когда же сон сошел на него, выскочила из-под седла его невеста-лягушка и вдруг обернулась девушкой. Проснулся Хамыц и видит, стоит перед ним девушка - свет неба и краса земли встретились на лице ее. Веселым солнцем озарена комната, то рассыпались по плечам ее волосы, одели ее всю до пяток и, как солнце, светят они.
- Небесный ты дух, или земной? - спросил ее Хамыц.
- Я не дух небесный и не дух земной. Я девушка из рода Бцента. Я та, на которой ты женился. Но судьба мне такая, что днем прячусь я в лягушечью шкурку и только ночью выхожу из нее.
- Если так, - сказал Хамыц, - то вот постель твоя.
- Некогда мне, и не лягу я, - ответила девушка. - Лучше покажи мне все те ткани, всю одежду и обувь, которая припасена у тебя с юных лет.
Вскочил тут Хамыц с кровати и открыл свой большой сундук. Немало шелка, сукна и других богатых тканей с юношеских дней и до дня женитьбы накопил Хамыц. Взяла тут ножницы девушка из рода Бцента и стала кроить. Умело и быстро кроила и шила она. И все, что требовалось, чтобы одеть с головы до ног сто мужчин, все это скроила и сшила она за одну ночь до утра.
Настала вторая ночь, и молодая жена Хамыца снова занялась тем же. И когда приготовила она одежду и обувь, чтобы одеть двести мужчин, сказала она Хамыцу:
- А теперь сделай так: возьми все эти одежды и раздай нартам. Кто беднее, тому отдавай лучшее. И не бойся, что мы обеднеем от этого. Никогда не иссякнет и не растратится то, к чему прикоснулась я.