- Это правда, - ответил Батрадз. - Но слишком велики обиды, которые нанес ты нартам, гнев мой подступил к горлу моему, не смог я сдержать себя, потому молчи - без твоих упреков знаю я, что не подобает мне нападать на спящего.
- Так прошу тебя, не дли мои мучения, кончай скорее со мной - руби меня второй раз.
- Нарты Ахсартаггата, как повелитель грома, поражают единым ударом, подобным молнии, - ответил ему Батрадз.
И тут еще раз поднял уаиг свою голову, попробовал потянуться всем своим огромным телом, но тщетно. Опрокинулся он навзничь, забился в судорогах и распростерся неподвижный.
Как было не обрадоваться бедняжкам девушкам! Тут же высохли у них слезы печали, и слезы радости, подобные жемчужным зернам, покатились по их щекам.
- С этого мига будь нашим защитником, - сказали они Батрадзу и склонили перед ним свои головы.
- Пусть спокойны станут ваши сердца - не покину я вас, - ответил Батрадз.
И тут девушки сказали Батрадзу:
- Есть здесь в пещере Кандзаргаса волшебная кожа. На ней можно уложить все богатства мира. Есть у него волшебная веревка - что ни обернешь ею, все теряет тяжесть и делается легким, как мотылек. Обладает еще Кандзаргас двумя пружинными крыльями. Что ни положишь на них, все унесут они через горы и леса, туда, куда ты захочешь. А вон там, в складках горы, скрыто молочное озеро. Стоит старику искупаться в нем, и он превращается в юношу, у которого только начинают пробиваться усы.
И тогда Батрадз, прежде всего, повел старика Уона к молочному озеру, искупал его там, и в юношу обратился Уон. Затем наполнил Батрадз свой кожаный мешок этим чудесным молоком молодости. После этого собрал он все сокровища уаига и всю скотину его, и зерно, и поставил все на волшебную кожу. Обернул он веревкой все это добро, крепко связал, положил на пружинные крылья, поверх усадил Уона, Хорческу и Мысырхан, сел сам вместе с ними, и понесли их пружинные крылья высоко, высоко. Сверху он видел, как, подобно двум баранам, сшибаются и вновь разбегаются горы.