- Не мечтай об этом. Много молодцов, не хуже тебя, отправлялись добывать то дерево, но ни один еще не принес обратно своей головы.
- Никак нельзя мне отказаться от этого дерева, - сказал Айсана. - Должен я добыть его.
И тогда сказал ему конь:
- Ну, раз так, то крепко подтяни мои подпруги и подвяжи мне хвост крепким узлом, но три волоса из хвоста оставь неподвязанными. А затем, когда подъедем мы к горам, что, подобно баранам, сшибаются, должен ты меня так хлестнуть, чтобы кусок кожи, величиной с подошву, отскочил от ляжки моей, чтобы кусок кожи, не меньше язычка на кончике плети, отскочил от ладоней твоих. И тогда мы проскочим.
Вот добрались они до двух гор, что подобно баранам сшибаются. Крепко подтянул Айсана подпругу и в тугой узел завязал он хвост коня и три волоса не забыл он оставить неподвязанными. Хлестнул он коня, и кусок кожи, не меньше язычка от плети, отскочил от ладони его, а от ляжки коня отскочил кусок кожи, величиной не меньше подошвы. Прыгнул конь, проскочил между гор, вырвал Айсана с корнями чудесное дерево и тут же повернул коня обратно. С грохотом сшиблись тут горы, но проскочил конь Айсана, и только три волоса, не увязанных в узел, успели вырвать они.
И после этого конь сказал Айсана со вздохом: - Если бы мать моя три лишних дня кормила меня своим молоком, тогда бы даже эти три волоса не потерял я сейчас.
Прискакал Айсана в нартское селение, посадил то дерево у ворот дома Ахсартаггата. Тесной толпой окружили его нарты, дивились они на дерево и радостно кричали:
- Вот какое чудесное дерево привез он нам!
Но все же не встала с места и не повернула к нему головы гордая жена Сослана.
- Почему и теперь не приветствуешь ты меня? Чего еще тебе надо?