- Взлезай-ка на гору, - сказал Мукара Сослану, - и сбрасывай оттуда самые большие камни, какие только сможешь поднять, а я буду стоять внизу и лоб подставлять. Посмотрим, что из этого выйдет.
Полез Сослан на высокую гору. Глядя ему вслед, Мукара вдруг заметил, что у нартского пастуха кривые ноги. И вспомнилось ему, что был слух, будто у нартского Сослана тоже кривые ноги. Снял свой лук Мукара, вложил стрелу, только хотел прицелиться и вдруг опустил лук. «А что, если это все-таки не Сослан, а простой пастух, - подумал он. - Убью я его, а нарты скажут, что не осмелился Мукара сразиться с Сосланом, а убил его пастуха».
Забрался Сослан на вершину горы и стал оттуда скатывать камни, один тяжелее другого. А Мукара внизу подставил свой лоб, и, ударяясь о его лоб, в песок рассыпались камни.
С утра до самого вечера продолжалась эта забава. Наконец, закричал сын Тара Сослану:
- Эй, пастух нартский, не трудись понапрасну! Не больнее укуса блохи эти удары.
«Видно, суждено разрушиться очагу моего дома, - подумал Сослан. - Если он только узнает, кто я, съест он меня непременно».
- Неужто ты не знаешь еще какой-нибудь игры Сослана? - спросил Мукара, когда Сослан спустился к нему вниз.
- Пусть проглочу я недуги твои, Мукара! Нет счета его играм, - ответил Сослан.
- Давай-ка еще какую-нибудь игру, только потруднее. - Велел раз Сослан вырыть большую яму и пустить в нее морскую воду. Залез он в эту яму, а сверху на него навалили хворост и землю, камни и деревья. Потом помолился богу Сослан и попросил, чтобы все морозы, которые отпущены на целую зиму, в эти три дня сразу спустились на землю. Исполнил бог его молитву. Целую неделю сидел Сослан в яме, и когда все, что было на него навалено сверху, накрепко заледенело, начал Сослан выпрямляться, поднял на себе все, что намерзло на нем и принес это в селение нартов. Вскочили нартские юноши на эту глыбу и стали играть на ней в альчики.
- Вот в эту игру я обязательно должен сыграть, - сказал Мукара.