— Где мы?
— Не могу вам точно сказать, — крикнул я. — Но мы уже над железной дорогой и через несколько минут будем в аэропорте.
Как раз в этот момент мы пролетели над одним из предместьев города. Железная дорога под нами разветвлялась в трех направлениях. Я бросил быстрый взгляд на карту, чтобы выяснить, которому из трех путей я должен следовать. Она, заметила мое резкое движение, должно быть, мой озабоченный вид — и снова тронула меня за плечо.
— А уверены ли вы, что мы летим правильно?
Я хотел было обернуться к ней и объяснить, что и для чего я делаю. Но как раз в эту минуту управление самолетом требовало всего моего внимания. Я бросил просительный взгляд на ее мужа, крепко сжал челюсти и стал следить за ориентирами. Мы были близко к аэропорту, и я не хотел пропустить его.
И тогда я услышал, как супруг выкрикнул фразу, в которой забавнейшим образом смешались и приказание и мольба:
— Эй, женушка, — крикнул он, — заткни-ка, душенька, свой проклятый ротик.
Встреча друзей
Это было за год до того, как Линдберг сделался знаменитостью.
Прошел год, как мы вместе окончили летную школу. С тех пор мы виделись только два раза. Я летел по вольной трассе на военном самолете в Сент-Луи, сел в Чикаго и наткнулся здесь на Линдберга. Он как раз поднимался, чтобы отвезти почту тоже в Сент-Луи. Мы решили лететь вместе, строем.