Затем я в третий раз спикировал над домом. Когда я на этот раз выходил из пике, я сделал двойную моментальную бочку. Больше я не оглядывался и поднялся, взяв курс на Юнионтаун. Вскоре я догнал Тома.
На обратном пути из Юнионтауна я был вынужден из-за плохой погоды сделать посадку в Акроне. Том улетел на день раньше меня. Я был один.
Когда я вылезал из самолета, ко мне подошли товарищи из аэропорта. Они стали расспрашивать меня, не летел ли я над Акроном на PW-8 несколько дней тому назад. Я ответил:
— Нет, а что?
Они показали мне вырезку из местной газеты. Она гласила:
« Летчик пугает Акрон — жители в опасности Сегодня в полдень над Акроном появился небольшой скоростной биплан. Он проделал ряд быстрых подъемов, пике и штопоров низко над центром города и вверг в панику население. Очевидцы говорят, что самолет чуть не задевал за крыши зданий и несколько раз почти врезался в уличную толпу. Администрация госпиталя обратилась к городским властям с жалобой на то, что самолет проревел над самым госпиталем, напугав одних пациентов и угрожая жизни других. Подобные жалобы поступали со всех концов города. Городские власти сообщили нам, что имя летчика известно. Это бывший житель Акрона и студент акронского университета. В настоящее время он на службе в военной авиации. Из официальных источников нам заявили, что о возмутительном поступке летчика сообщено военным властям того аэродрома, где он работает».
— Не понимаю, какой дурак мог это сделать? — сказал я, отдавая вырезку товарищам.
Остановился я у дяди. Вечером за обедом аппетит у меня был средний. Спал я тоже неважно.
— Что это с тобой, Джим? — допытывался у меня дядя на следующее утро за завтраком. — Почему ты ничего не ешь?
— Я не очень хорошо себя чувствую, — ответил я.