— Вы все думали, что она хотѣла признаться вамъ въ чемъ-то касательно этого дѣла о Лунномъ камнѣ?
— Иначе я, право, никакъ не могъ объяснить себѣ ея странное поведеніе.
— Вы можете разрѣшить свои сомнѣнія, когда угодно, мистеръ Франклинъ.
Я въ свою очередь остановился какъ вкопаный, напрасно пытаясь разглядѣть его лицо въ наступавшей темнотѣ. Въ первый мигъ изумленія я съ нѣкоторымъ нетерпѣніемъ спросилъ, что онъ хочетъ этимъ сказать.
— Больше твердости, сэръ! продолжалъ Бетереджъ: — я именно то и хочу сказать что говорю. Розанна Сперманъ оставила по себѣ запечатанное письмо, — письмо адресованное къ вамъ.
— Гдѣ оно?
— Въ рукахъ ея подруги, въ Коббсъ-Голѣ. Будучи здѣсь въ послѣдній разъ, сэръ, вы должны были слышать о хромой Люси, — убогой дѣвушкѣ на костылѣ?
— Дочь рыбака?
— Она самая, мистеръ Франклинъ.
— Почему это письмо не переслала мнѣ?