— Женщины этого не сдѣлаютъ, мистеръ Бетереджъ, отвѣчалъ сержантъ, — если только я предупрежу ихъ, что намѣренъ осмотрѣть, начиная съ гардероба миледи, вещи всѣхъ лицъ, ночевавшихъ здѣсь въ прошлый вторникъ. Это, конечно, пустая формальность, прибавилъ онъ, искоса поглядывая на мою госпожу, — но слуги подчинятся ей охотно, если ихъ уравняютъ съ господами, а вмѣсто того чтобы препятствовать обыску, они сочтутъ за честь ему содѣйствовать.
Я тотчасъ же уразумѣлъ истину его словъ; даже и миледи, оправившись отъ изумленія, поняла, что онъ былъ правъ.
— Такъ вы убѣждены, что осмотръ необходимъ? оказала она.
— Я не вижу, миледи, кратчайшаго пути для достиженія нашихъ цѣлей.
Госпожа моя встала, чтобы позвонить свою горничную.
— Прежде чѣмъ говорить съ прислугой, вы получите ключи отъ моего собственнаго гардероба, оказала она.
— Не лучше ли намъ прежде удостовѣриться, что остальные леди и джентльмены, живущіе въ домѣ, согласны на мое предложеніе? неожиданно перебилъ ее приставъ.
— Но, кромѣ меня, единственная леди въ этомъ домѣ миссъ Вериндеръ, отвѣчала моя госпожа съ видомъ величайшаго удивленія, — а единственные джентльмены племянники мои: мистеръ Блекъ и мистеръ Абльвайтъ. Ни отъ кого изъ трехъ нельзя ожидать отказа.
Тутъ я напомнилъ миледи, что мистеръ Годфрей уѣзжаетъ. Но не успѣлъ и промолвить это, какъ самъ онъ постучался въ дверь и вошелъ проститься съ моею госпожой вмѣстѣ съ мистеромъ Франклиномъ, которыя ѣхалъ проводить его до станціи желѣзной дороги. Миледи объяснила ему возникшее затрудненіе, и мистеръ Годфрей мигомъ удалилъ его. Онъ крикнулъ въ окно Самуилу, чтобы внесли на верхъ его чемоданъ, и собственноручно передалъ свои ключа приставу.
— Багажъ мой можно переслать въ Лондонъ по окончаніи розыска, сказалъ онъ.