— Мистеръ Бетереджъ, сказалъ онъ, — такъ какъ вы сдѣлали мнѣ честь быть моимъ сотрудникомъ въ нашемъ общемъ дѣлѣ и можете, если не ошибаюсь, оказать мнѣ нѣкоторыя услуги до истеченія нынѣшняго вечера, то я нахожу дальнѣйшую мистификацію между нами излишнею и первый подаю вамъ примѣръ откровенности. Вы рѣшились, кажется, утаивать отъ меня все могущее повредить Розаннѣ Сперминъ, по той причинѣ, что относительно васъ она всегда вела себя хорошо, и вы о ней искренно сожалѣете. Такія гуманныя побужденія дѣлаютъ вамъ, конечно, величайшую честь, но въ данномъ случаѣ вы расточаете ихъ напрасно. Розаннѣ Сперманъ не грозитъ ни малѣйшая опасность, даже если я обличу ее въ похищеніи алмаза, и при томъ на основаніи доказательствъ, столько же для меня очевидныхъ, какъ вашъ носъ, на который я смотрю въ настоящую минуту.
— Вы хотите сказать, что миледи не станетъ ее преслѣдовать? спросилъ я.
— Я хочу сказать, что миледи не можетъ ее преслѣдовать, отвѣчалъ приставъ. — Розанна Сперманъ не болѣе какъ орудіе въ рукахъ другаго лица, и ради этого лица необходимо будетъ пощадить ее.
Онъ говорилъ искренно и серіозно, въ этомъ не могло быть аи малѣйшаго сомнѣнія; однако въ душѣ моей шевельнулось какое-то недоброе чувство противъ пристава Коффа.
— Кто же эта другая особа? спросилъ я.
— Не можете ли вы сами назвать ее, мистеръ Бетереджъ?
— Нѣтъ, не могу, отвѣчалъ я.
Приставъ Коффъ остановился какъ вкопаный и устремилъ на меня взоръ, полный грустнаго участія.
— Мнѣ всегда пріятно сострадать человѣческимъ слабостямъ, сказалъ онъ, — и въ настоящую минуту, напримѣръ, я особенно сочувствую вамъ, мистеръ Бетереджъ, и вы по той же самой причинѣ сочувствуете Розаннѣ Сперманъ, не правда ли? Но не привелось ли вамъ узнать какъ-нибудь случайно, что она шила себѣ новое бѣлье въ послѣднее время?
Я рѣшительно не могъ постичь, съ какою цѣлью ввернулъ онъ мнѣ такъ неожиданно этотъ послѣдній вопросъ. Сознавая, что откровенность моя не могла въ этомъ случаѣ повредить Розаннѣ, я отвѣчалъ, что дѣвушка поступила въ нашъ домъ съ самымъ скуднымъ запасомъ бѣлья, и что въ награду за ея хорошее поведеніе (я особенно налегъ на послѣднемъ словѣ) миледи снабдила ее цѣлымъ приданымъ не болѣе двухъ недѣль тому назадъ.