Приняв извинения, Фрэнсис, как вежливый человек, согласился и на просьбу управляющего. «Вот и рухнул безумный план графини, — думал он, отправляясь спать. — Тем лучше для графини!»
Наутро он встал поздно. На вопрос о его французских друзьях ему ответили, что оба джентльмена уехали в Милан. Проходя вестибюлем в ресторан, он обратил внимание на то, как главный швейцар метит цифрами прибывшую кладь, прежде чем ту разнесут по номерам. Его особенно заинтересовал один сундук, весь обклеенный дорожными бирками. Швейцар как раз писал на нем мелом: «13А». Фрэнсис посмотрел карточку на крышке. Там значилась обычная фамилия: «Миссис Джеймс». Он тотчас навел справки о владелице багажа. Дама приехала рано утром и сейчас находится в читальной комнате. Заглянув туда, он нашел ее в одиночестве. Он прошел в комнату и стал перед графиней.
Опустив голову и сложив на груди руки, та сидела в темном углу.
— Да, — досадливым голосом предупредила она его вопрос, — я решила, что будет лучше не ждать вас, а поспешить сюда, пока номер никому не сдали.
— Вы надолго его сняли? — спросил Фрэнсис.
— Вы сказали, что мисс Локвуд будет здесь через неделю. На неделю и сняла.
— При чем тут мисс Локвуд?
— При том, что она должна переночевать в этой комнате. Я уступлю ей комнату, когда она приедет.
Фрэнсис начал уяснять себе суеверную подоплеку ее намерений.
— Неужто вы, образованная женщина, думаете заодно с горничной моей сестры! — вскричал он. — Да и будь оно серьезно, ваше нелепое суеверие, вы неправильно беретесь доказать его истинность. Уж если ничего не видели ни я, ни мой брат и сестра, то почему вместо нас что-то обнаружит Агнес Локвуд? Она дальняя родственница нам, Монтбарри. Всего-навсего кузина.