— Я думала, Лора, что мы с тобой больше не будем говорить о нем, — сказала я ласково.
— Ты получила письмо от него? — настаивала она.
— Да, — отвечала я, — если уж тебе так хочется знать, — получила.
— Ты будешь писать ему снова?
Я замялась. Я не решилась сказать ей, что он уехал из Англии и что я сама помогла его отъезду. Что я могла ей ответить? Он уехал в такую даль, куда письма, наверно, шли многие месяцы, даже годы.
— Предположим, я снова соберусь написать ему, — сказала я наконец. — Что тогда, Лора?
Ее щека пылала у моего плеча, руки дрожали, обнимая меня.
— Не пиши ему про двадцать второе, — шепнула она. — Обещай мне, Мэриан, обещай, что даже имени моего не упомянешь в следующем письме к нему.
Я обещала. Мне было невыразимо грустно. Она выпустила меня из объятий, подошла к окну и стала глядеть в него, спиной ко мне. Через минуту она снова заговорила, не оборачиваясь ко мне, чтобы я не могла разглядеть ее лицо.
— Ты пойдешь к дяде? — спросила она. — Ты скажешь ему, что я согласна на те условия, которые он считает наилучшими? Ничего, что ты уйдешь сейчас, Мэриан. Мне лучше некоторое время побыть одной.