— Если вы желаете, чтобы я съел груши, тогда очистите их, — сказал Пиноккио.
— Очистить груши? — удивился Карло. — Вот уж никогда не думал, что ты такой привередник! Это не хорошо! Дети должны кушать все, что им дают. Неизвестно еще, как тебе придется жить на свете! Всяко бывает!
— Груши с кожей я есть не стану, — сказал Пиноккио.
Карло ничего на это не ответил, вынул из кармана ножик, очистил груши, а кожуру положил тут же на стол.
Сев первую грушу, Пиноккио хотел было бросить сердцевину но Карло удержал его за руку:
— Не бросай, ничего не нужно бросать, все в жизни пригодится. Всяко бывает!
— Ну, уж сердцевину-то я есть не стану.
— Кто знает? Всяко бывает! Может быть и съешь, — спокойно повторил Карло.
Три сердцевины он положил тут же на уголок стола около кожицы. Сев в один миг все три груши, Пиноккио стал опять зевать с голода.
— Есть хочу!