Что тут почувствовал бедный Пиноккио, представьте себе уж сами!
Упав ничком на мраморную плиту, он рыдал и обливал ее слезами. Он плакал так всю ночь до утра, выплакал все слезы до последней капельки, а его рыданья только грустно повторяло эхо.
Он рыдал и говорил:
— Милая Волшебница, зачем ты умерла! Зачем вместо тебя, такой доброй и хорошей, лучше не умер я, злой и гадкий Петрушка! А где же теперь папа Карло? Я хочу жить с ним и больше никогда от него не убегу! Милая Волшебница! Если ты меня любишь, скажи, что ты жива и встань из могилы! Ведь, если придут разбойники, они опять повесят меня, и я умру? А если не придут разбойники, — все равно, кто меня приютит на ночь? Кто мне купит новую курточку? Ой! Ой! Ой!..
Он пробовал рвать волосы, рыдая, но волосы были деревянные, и даже этого утешения у него не было!
Над полем, над плитой, где плакал Пиноккио, в это время пролетал огромный белый голубь и спросил в изумлении:
— Что ты тут делаешь, мальчик?
— Не видишь разве? Плачу! — сказал Пиноккио, поднимая голову и вытирая слезы.
Голубь спросил: