Можете себе представить, какое сделалось лицо у доброго старого мастера Вишни.
Изумленный в высшей степени, он начал водить глазами по мастерской, чтобы узнать, откуда взялся этот голосок. Но в комнате никого не было. Он заглянул под верстак — никого. Посмотрел в шкаф, который обычно держал запертым, — никого. Сунул голову в корзину с опилками и стружками — никого. Наконец открыл ставню и поглядел на улицу — тоже никого. Может быть...
— Я все понял, — захихикал он и почесал под париком. — Голосок мне просто померещился. Значит, снова за работу!
И он опять взялся за топор и нанес превосходнейший удар по деревяшке.
— Ой, ты мне сделал больно! — завопил знакомый голосок.
Для мастера Вишни это было уже слишком. Глаза у него от страха полезли на лоб, рот раскрылся, язык свесился до подбородка, так что старик стал похож на одну из тех удивительных статуй, какими в старину украшали фонтаны.
Снова обретя дар речи, он начал рассуждать вслух, хотя еще заикался от страха:
— Кто же все-таки крикнул «ой»? Здесь ведь нет ни одной живой души. Может ли быть, чтобы кусок дерева плакал и вопил, как ребенок? Нет, никогда не поверю! Это же самое обыкновенное полено, как две капли воды похожее на все другие поленья. Если бросить его в огонь, можно прекрасно сварить на нем добрый горшок бобов. А если... кто-нибудь влез в полено, а? Что ж, тем хуже для него. Сейчас я ему покажу!
С этими словами он схватил несчастное полено обеими руками и начал безжалостно бить его об стену мастерской.
Затем он прислушался — не раздастся ли снова стон или вопль. Он ждал две минуты — ни звука; он ждал пять минут — ни звука; десять минут — ни звука.