— Даже чересчур хорошо, — ответил Пиноккио и угрожающе покачал головой, словно желая этим сказать: «Мы еще поговорим!»
Почувствовав себя в безопасности, четыре куницы быстрехонько кинулись к курятнику, расположенному рядом с собачьей будкой, отворили зубами и когтями маленькую деревянную дверку, закрывавшую вход, и юркнули туда одна за другой. И только-только они успели прокрасться внутрь, как услышали, что дверка за ними быстро закрылась.
Закрыл ее Пиноккио. И мало того: на всякий случай он еще привалил к ней большой камень.
И тогда он начал лаять, и лаял точно так, как сторожевая собака, а именно: «Гав-гав, гав-гав!»
Услышав лай, крестьянин соскочил с постели, схватил свое ружье, подошел к окну и спросил:
— Что там такое?
— Воры, — ответил Пиноккио.
— Где?
— В курятнике.
— Сию минуту выйду.