СТИХОТВОРЕНИЯ, ПРИПИСЫВАЕМЫЕ КОЛЬЦОВУ.
ПЕСНЯ. (Не булатный нож режет груь мою).
Не булатный нож режет груь мою,
Не змея грызёт ретивое в ней:
Забралась туда лиходейка-грусть,
Сосёт белу грудь, рвёт сердечушко.
Не клоун-злодей наговорами
В грудь загнал ко мне ненасытную.
Занеслась она с злою весточкой,
Что дружочек мой разлюбил меня —
И кольцом моим с другой девицей
Во чужом краю обручился он!
Сохни, бела грудь, рвись, сердечушко,
Отпади, коса моя чёрная!
Не могиле ты в дар достанешься:
Завещаю я родной матушке
Отослать к дружку на пир свадебный,
Как подарок мой, косу чёрную.
1839
ПЕСНЯ РУССКАЯ. (Эх, не вовремя тучи мрачные).
Эх, не вовремя тучи мрачные
По поднебесью разостлалися,
Солнца ясного лучи красные
Потонули в них среди бела дня.
Не в пору завыл ветер по бору:
Петь бы, петь теперь соловью в лесу!
Эх, не вовремя вспало горюшко
В молодую грудь добра молодца,
Иссосало в ней ретиво сердце,
Загубило в нем жизнь цветущую.
Что ж за горюшко, за кручинушка
Рано с молодцем подружилася?
"Други милые! со мной девица
Золотым кольцом поменялася
И любить на век слово молвила, —
А теперь с другим повенчалася.
Вы отдайте ж ей золото кольцо;
Слово ж данное пусть ей бог отдаст,
Без меня она пусть в добре живет,
Без нее же я — лягу в тесный гроб".
(1839)
* Когда моей подруги взор *.
Когда моей подруги взор
Мне явно высказал презренье,
Другого счастья, мой позор
И клятв старейших нарушенье, —
Тогда кольцо ее рассек
Булатом горского кинжала,
И жизнь свою на месть обрек,
И злоба мне подругой стала!
Я всё к себе на помощь звал:
Свинец, и яд, и ухищренья,
И сердце силой заставлял
Одеться в броню озлобленья —
Чтоб сожаленье и любовь
К нему уж не были доступны,
Чтоб ему пищей были — кровь
И пагуба клятвопреступной!
Молил я солнце, чтоб оно
Свои лучи на грудь неверной,
Как лаву жгучую, лило
И выжгло б сердце лицемерной.
Молил я ночь, чтобы она
К ее очам не допускала
Отрады сладостного сна
И горьких слез с них не стирала.
Неслись ли тучи, — их молил,
Чтоб мраком жизнь ее покрыли;
Гремели ль громы, — их просил,
Чтобы изменницу сразили.
Но с той поры, как весть пришла,
Что на земле ее не стало, —
Как дуновенье от стекла,
От сердца жажда мстить отстала.