Влияние большевиков в Советах выросло, как никогда.
Влияние большевиков стало быстро расти также и в деревне.
Корниловское восстание показало широким массам крестьянства, что помещики и генералы, разгромив большевиков и Советы, насядут потом на крестьянство. Поэтому широкие массы крестьянской бедноты стали все теснее сплачиваться вокруг большевиков. Что касается середняков, колебания которых тормозили развитие революции за период от апреля до августа 1917 года, то они, после разгрома Корнилова, стали определенно поворачивать в сторону большевистской партии, присоединяясь к бедняцкой массе крестьянства. Широкие массы крестьянства стали понимать, что только партия большевиков может избавить их от войны, способна сокрушить помещиков и готова отдать землю крестьянам. Сентябрь и октябрь 1917 года дают огромное повышение количества захватов крестьянами помещичьих земель. Самовольная запашка помещичьих земель принимает повсеместный характер. Ни уговоры, ни карательные отряды уже не останавливают крестьян, поднявшихся на революцию.
Подъем революции нарастал.
Развернулась полоса оживления и обновления Советов, полоса большевизации Советов. Фабрики, заводы, воинские части, перевыбирая своих депутатов, посылают в Советы, вместо меньшевиков и эсеров, представителей большевистской партии. На другой день после победы над корниловщиной, 31 августа Петроградский Совет высказывается за политику большевиков. Старый меньшевистско-эсеровский президиум Петроградского Совета во главе с Чхеидзе уходит в отставку, очищая место для большевиков. 5 сентября Московский Совет рабочих депутатов переходит на сторону большевиков. Эсеро-меньшевистский президиум Московского Совета также уходит в отставку, очищая дорогу для большевиков.
Это означало, что основные предпосылки, необходимые для успешного восстания, уже назрели.
Вновь на очередь стал лозунг: «Вся власть Советам!».
Но это уже не был старый лозунг перехода власти в руки меньшевистско-эсеровских Советов. Нет, – это был лозунг восстания Советов против Временного правительства с целью передачи всей власти в стране Советам, руководимым большевиками.
Среди соглашательских партий начался разброд.
У эсеров выделилось под давлением революционно настроенных крестьян левое крыло – «левые» эсеры, которые начали выражать недовольство политикой соглашательства с буржуазией.