— Господи, ну и нервы же у нее!
— Она считает, что все это клевета.
— Разве вы не можете сунуть ей под нос доказательства?
— А вы поможете нам в этом?
— Да я сама живое доказательство. Стоит мне заявиться к ней и рассказать, как он изводил меня…
— А вы бы согласились?
— Согласилась бы я?! Да неужто не согласилась бы!
— Попробовать, наверное, стоит. Но он уже поведал ей большую часть своих прегрешений и получил прощение. По-моему, для нее этот вопрос закрыт, и она не захочет возвращаться к нему.
— Чтоб мне подохнуть, если он рассказал ей все, — отвечала мисс Уинтер. — Помимо того нашумевшего убийства, я слышала кое-что еще об одном или двух. Он, бывало, рассказывает о ком-нибудь этим своим бархатистым голосом, а потом вперит в меня глазищи и говорит: «Он умер. И месяца не прошло». И это было не пустое бахвальство. Но я почти не обращала внимания на такие речи, мистер Холмс, ведь я любила его в те времена, и мне было все равно, чем он занимается. Так же, как сейчас этой бедной дурехе. Только одна вещь действительно потрясла меня. Если б не его лживый язык, способный все объяснить и всех успокоить, я бы ушла от него в тот же вечер, чертом клянусь! У него есть книга, мистер Холмс. В буром таком кожаном переплете с замочком. Сверху — золотой баронский герб. Наверное, он был немножко под хмельком, иначе ни за что не показал бы мне ее.
— Что же это за книга?