— Мы именно это и делаем, — прервал его Холмс. — Все, о чем я говорю, имеет прямое отношение к тому, что вы называете бирлстоунской тайной. Это можно даже назвать средоточием ее.
Макдоналд слегка улыбнулся.
— Вы мыслите чересчур быстро для меня, мистер Холмс. Вы отбрасываете одно или два звена в своих рассуждениях, а потому я не могу поспеть за вами. Что может быть общего между давно умершим художником и бирлстоунским делом?
— Одна известная картина Греза недавно на аукционе у Порта-лиса была оценена в миллион двести тысяч франков.
Лицо инспектора сразу выразило живейший интерес.
— Я хочу напомнить вам, — продолжал Холмс, — что размеры жалованья профессора Мориарти можно узнать крайне легко: он получает семьсот фунтов в год.
— В таком случае как же он мог приобрести…
— Вот именно: как он мог?
— Продолжайте, пожалуйста, мистер Холмс. Меня это чрезвычайно заинтересовало. Любопытнейшая история!
— А как же насчет Бирлстоуна? — спросил Холмс, улыбаясь.