— Я боюсь, что вы сочли меня бессердечной, — сказала она мне.
— Меня это не касается, — ответил я, пожав плечами.
— После, быть может, вы воздадите мне должное. Если бы вы только выполнили…
— Совершенно не нужно, чтобы доктор Уотсон что-то выполнял, — поспешно перебил ее Бэркер. — Как он сам сказал, это его не касается.
— Совершенно верно, и я прошу разрешения продолжить мою прогулку.
— Одну минутку, доктор Уотсон! — воскликнула миссис Дуглас умоляющим голосом. — Я вам задам всего один вопрос, на который вы можете ответить с большей точностью, чем кто бы то ни было еще. То, что я хочу спросить вас, для меня очень важно. Вы знаете мистера Холмса и его взаимоотношения с полицией лучше других. Предположим, что разгадка дела будет ему конфиденциально сообщена. Должен ли он непременно поделиться ею с официальными властями?
— Да, именно так, — резким тоном произнес Бэркер. — Самостоятелен ли он в своих поступках или работает с ними и на них?
— Я, право, не знаю, могу ли я обсуждать такой деликатный вопрос…
— Я умоляю вас об этом, доктор Уотсон. Уверяю вас, что вы очень поможете… очень мне поможете, если разъясните этот вопрос.
В голосе ее звучала такая искренность, что на мгновение я позабыл про все ее поведение.