— Алмаз, сэр! Драгоценный камень! Он режет стекло, словно масло!
— Не просто драгоценный камень — это тот самый камень, который…
— Неужели голубой карбункул графини Моркар? — воскликнул я.
— Конечно! Узнаю камень по описаниям, последнее время я каждый день вижу объявления о его пропаже в «Тайме». Камень этот единственный в своем роде, и можно только догадываться о его настоящей цене. Награда в тысячу фунтов, которую предлагают нашедшему, едва ли составляет двадцатую долю его стоимости.
— Тысяча фунтов! О, Боже!
Посыльный бухнулся в кресло, изумленно тараща на нас глаза.
— Награда наградой, но у меня есть основания думать, — сказал Холмс, — что по некоторым соображениям графиня отдаст половину всех своих богатств, только бы вернуть этот камень.
— Если память мне не изменяет, он пропал в гостинице «Космополитен», — заметил я.
— Совершенно верно, двадцать второго декабря, ровно пять дней назад. В краже этого камня обвинен Джон Хорнер, паяльщик. Улики против него так серьезны, что дело направлено в суд. Кажется, у меня есть об этом деле газетный отчет.
Шерлок Холмс долго рылся в газетах, наконец вытащил одну, разгладил ее, сложил пополам и прочитал следующее: