— Да, все.
— Нет, не все, мисс Ройлотт: вы щадите и выгораживаете своего отчима.
— Я не понимаю вас…
Вместо ответа Холмс откинул черную кружевную отделку на рукаве нашей посетительницы. Пять багровых пятен — следы пяти пальцев — ясно виднелись на белом запястье.
— Да, с вами обошлись жестоко, — сказал Холмс.
Девушка густо покраснела и поспешила опустить кружева.
— Отчим — суровый человек, — сказала она. — Он очень силен, и, возможно, сам не замечает своей силы.
Наступило долгое молчание. Холмс сидел, подперев руками подбородок и глядя на потрескивавший в камине огонь.
— Сложное дело, — сказал он наконец. — Мне хотелось бы выяснить еще тысячу подробностей, прежде чем решить, как действовать. А между тем нельзя терять ни минуты. Послушайте, если бы мы сегодня же приехали в Сток-Морон, удалось бы нам осмотреть эти комнаты, но так, чтобы ваш отчим ничего не узнал.
— Он как раз говорил мне, что собирается ехать сегодня в город по каким-то важным делам. Возможно, что его не будет весь день, и тогда никто вам не помешает. У нас есть экономка, но она стара и глупа, и я легко могу удалить ее.