Завтра утром я съезжу в Кумби-Треси, и, если мне удастся повидать эту даму с весьма сомнительной репутацией, миссис Лауру Лайонс, мы сделаем большой шаг вперед к тому, чтобы одной загадкой стало у нас меньше.
Между прочим, ваш покорный слуга мало-помалу превращается в мудрого змия: когда Мортимер зашел уж слишком далеко в своих расспросах, я осведомился, к какому типу принадлежит череп Френкленда, и спас положение — вся остальная часть пути была посвящена лекции по краниологии.[13] Годы, проведенные в обществе Шерлока Холмса, не прошли для меня даром.
Чтобы покончить с описанием этого унылого, дождливого дня, упомяну еще об одном разговоре, на сей раз с Бэрримором. Этот разговор дал мне козырь в руки, с которого я и пойду в нужную минуту.
Мортимер остался у нас, и после обеда они с баронетом затеяли партию в экартэ.[14] Дворецкий подал мне кофе в кабинет, и я воспользовался этим, чтобы задать ему несколько вопросов.
— Ну, Бэрримор, что поделывает ваш милый родственник? Уехал или все еще прячется на болотах?
— Не знаю, сэр. Хоть бы поскорее уехал! Ведь сколько мы с ним хватили горя! Я ничего о нем не знаю с тех пор, как отнес ему в последний раз еду, а это было третьего дня.
— А тогда вы его видели?
— Нет, сэр, но я потом проверил — еды на месте не оказалось.
— Раз еды не было, значит, он все еще там.
— Да как будто так, сэр, если только ее не взял тот, другой человек.