— Миссис Лайонс!
— Клянусь вам всем, что для меня свято, я не ходила туда! Мне помешали.
— Что же вам помешало?
— Это мое личное дело, я не могу говорить о нем.
— Следовательно, вы назначили свидание сэру Чарльзу в том самом месте, где его постигла смерть, и даже в тот же самый час, но сами туда не пошли?
— Это святая правда.
Все мои дальнейшие ухищрения ни к чему не привели, она продолжала стоять на своем.
— Миссис Лайонс, — сказал я, заканчивая этот длинный и безрезультатный допрос, — вы не хотите говорить начистоту и тем самым берете на себя большую ответственность. Ваше положение весьма щекотливое. Если я обращусь к помощи полиции, вы убедитесь, насколько все это скомпрометирует вас. Допустим, что вы ни в чем не виноваты, но тогда зачем вам понадобилось с первых же слов отказываться от своего письма, которое было послано сэру Чарльзу в день его смерти?
— Я боялась, что из этого будут сделаны ложные выводы и меня вовлекут в неприятную историю.
— А почему вы так настаивали, чтобы сэр Чарльз уничтожил ваше письмо?