Я поднес свечку к самому стеклу, так же, как делал Бэрримор, и вгляделся в непроглядный мрак ночи. Луна спряталась за облака, и в первую минуту мне удалось разглядеть только гряду деревьев, оттенявшую мутную ширь болот. И вдруг я торжествующе вскрикнул, увидев в черном квадрате окна крошечную желтую точку, прорезавшую ночную тьму.
— Вот, смотрите!
— Нет, нет, сэр!.. — забормотал дворецкий. — Уверяю вас, сэр…
— Перенесите свечу вправо, Ватсон! — крикнул баронет. — Видите? Там огонь тоже передвинулся… Ну, негодяй, вы все еще будете упорствовать? Ведь это сигнал! Признавайтесь: кто ваш сообщник? Что вы замышляете?
Дворецкий бросил на него явно вызывающий взгляд:
— Это мое дело, вас оно не касается. Я ничего не скажу.
— Тогда можете считать себя уволенным.
— Слушаю, сэр. Видно, ничего не поделаешь.
— Я выгоню вас с позором! Стыдитесь! Наши предки больше ста лет жили вместе под одной кровлей, а вы замыслили какой-то заговор против меня.
— Нет, нет, сэр! Не против вас!