— В котором часу вы отправили телеграмму? — спросила она.
— Сразу же после шести…
— Кому?
Холмс прижал палец к губам и оглянулся на меня.
— Она кончается словами: «…ради всего святого», — прошептал он. — Пожалуйста, я очень беспокоюсь.
Девушка отделила одну из телеграмм.
— Вот она. Фамилии действительно нет, — сказала она, разглаживая ее на стойке.
— Я так и знал, — сказал Холмс. — Боже, какой я идиот! До свидания, мисс, премного вам благодарен. У меня словно гора с плеч свалилась.
Когда мы вышли на улицу, он довольно засмеялся, потирая руки.
— Ну? — спросил я.