Голова моя закружилась, и я едва усидел на месте. Но вдруг в душу мою закралось сомнение.
— Я буду откровенен с вами, сэр, — сказал я. — Мейсоны положили мне двести фунтов в год, но фирма «Мейсон и Уильямсы» — дело верное. А о вас я ровно ничего…
— Вы просто прелесть! — вскричал мой гость в восторге.
— Именно такой человек нам и нужен. Вас не проведешь. И это очень хорошо. Вот вам сто фунтов, и если считаете, что дело сделано, смело кладите их в свой карман в качестве аванса.
— Это очень большая сумма, — сказал я. — Когда я должен приступить к работе?
— Поезжайте завтра утром в Бирмингем, — ответил он. — И в час приходите во временную контору фирмы на Корпорейшн-стрит, дом 126. Я дам вам письмо моему брату. Нужно его согласие. Но, между нами говоря, я считаю ваше назначение решенным.
— Не знаю, как и благодарить вас, мистер Пиннер, — сказал я.
— Пустое, мой мальчик. Вы должны благодарить только самого себя. А теперь еще один-два пункта, — так, чистая формальность, но это необходимо уладить. Есть у вас бумага? Будьте добры, напишите на ней: «Согласен поступить на должность коммерческого директора во Франко-Мидландскую компанию скобяных изделий с годовым жалованьем 500 фунтов».
Я написал то, что мистер Пиннер продиктовал мне, и он положил бумагу в карман.
— И еще один вопрос, — сказал он. — Как вы думаете поступить с Мейсонами?