Поезда шли в Заполярье. Я не раз выходил на станциях, от которых шли дороги на различные участки Карельского фронта и расспрашивал.
В Кочкоме спросил:
— Как идут дела здесь, на Ребольском участке?
— Благополучно. Восстанавливаем границу…
В Кеми:
— Что нового слышно с Ухтинского направления?
Мне отвечали:
— Все в порядке. Дивизия перешла финскую границу и, соединившись с войсками Кестенгского направления, лупит немцев на финской территории.
В Кандалакше я услышал, что немцы выброшены, но остатки их перекочевали на самый север, в район Петсамо и там они считают себя в полной безопасности. Будто бы крепки там у них сооружения, неприступны скалистые сопки- непроходимы быстрые реки и вязкие болота и непролазны с моря крутые, обледенелые берега…
— И все-таки преодолеем, вышвырнем немчуру, возьмем, что положено взять. Не зря же мы туда едем; не затягивать, а заканчивать будем холодный фронт. Слов нет, враг еще будет драться, и природа мать-мачеха неласкова в Заполярье. Но нас ничто не остановит…