– Бабушка, а бабушка…
– Какая я тебе бабушка! – грубо оборвала она его.
– Ну, мамаша…
– И не мамаша, а гражданка…
Андрей не успел ее спросить, как «гражданка», зацепившись за поручни, толкая какого-то гражданина головой в спину, влезла в туго набитый трамвай. И тут он нечаянно заметил не с боку, не внизу на стенке трамвая, а спереди вверху более крупный номер – 24.
– Ах, мать честная, столько времени не там номер глядел…
Но трамвай был полон и поспешно отходил, заворачиваясь на широкий и длинный проспект. Ждать следующего трамвая пришлось не долго.
Проезжали шумный проспект. Трамвай свернул к Исаакиевскому собору, затем вправо, к Неве.
Все вышли; вышел и Андрей. Две-три минуты он постоял в раздумье, хотел было сесть на один из встречных вагонов и ехать обратно на вокзал к своим товарищам. Однако решил дойти до Невы, посмотреть на реку, на мост, на Васильевский остров, хотя бы издали. Около моста, закинув руки назад, ходил милиционер. Андрей поглядел на мост и от удивления замер, ему совсем было непонятно: как могли поставить на дыбы две громадины, две половины моста. Как же они сойдутся? Вот, поди-ка, грохнут! И ему захотелось посмотреть, как будут сводить мост. Но когда – разве спросить об этом вон того милиционера…
Андрей спустился по каменной лестнице к Неве, плещущей о гранитные берега, умылся. Вытер лицо верхом своей фуражки; отряхнул ее и снова надел на голову. Почувствовав свежесть, он облегченно вздохнул и смело подошел к милиционеру. Милиционер ему вежливо сделал рукой под козырек.