Не знали ребята, как надо поминать покойника. Они охотно взяли из рук Степаниды гостинцы и, не поблагодарив ее, молча их съели. Только один из ребят, Колька, сын сапожника Алеши Шадрины, прожевал пряник, облизнулся и сказал:
– Бог даст, умрет мой тятька, наша мама тоже всем пряников купит, приходи тогда ко мне, Андрюшка…
* * *
Но Колькин тятька был еще крепкий сапожник и не собирался умирать. Сашка, брат Андрюши, пришел к нему и сказал, что он готов отдать Андрюшу в ученики на четыре года; платы никакой, харчи хозяйские.
Жалко было Андрюше расставаться со школой, да что поделаешь. Ремесло важнее, к тому же – хлеб и харчи готовые. И Андрюша перешел к Шадрине в ученики.
Любовь к грамоте, к книжкам у Андрюши была немалая.
Все, что из книг попадало в его руки, он читал и перечитывал Шадрине вслух от корки до корки. Книги в то время были разные: про старца Серафима Саровского, про пана Твардовского, о ковре-самолете, о непреоборимой верности рыцаря Гуака и о Прекрасной царевне Амазонке… От чтения таких книг в голове Андрюши создавалась неразбериха. На что был охоч до книг Шадрина, и тот слушал, слушал Андрюшино чтение, проговорился:
– От книг с ума сходят. Еще покойный поп говаривал, если книга старинная да отреченная, то от нее всё может случиться. Читать-то, Андрюшка, читай, да оглядывайся. Нарвешься на отреченную книжицу – век ума не соберешь…
2. ЛЕТОМ В СЕМНАДЦАТОМ
Сашку взяли в солдаты и угнали на войну. Андрюша сапожничал у Шадрины. Четыре года перенимал у него сапожное ремесло. Нельзя сказать, чтобы оно туго Андрюше давалось. Премудрости большой в сапожном деле он не видел, но в хитрости своего хозяина подозревал.