Дидро остановился, провел рукой по лицу и, обращаясь к Левицкому, проговорил:
– Извините, я слишком увлекся разговором с вашим коллегой и мешаю вам работать.
Но Левицкий уже кончал свой набросок. По пути к Дидро живописец и скульптор сговорились не задерживаться долго, чтобы не мешать ему. Шубин осторожно намекнул об этом Левицкому:
– Дмитрий Григорьевич, как ваши успехи?
– Я уже сделал то, что мне нужно. Надеюсь, господин Дидро не возбранит мне зайти к нему в удобное для него время…
На улице молчаливый Левицкий спросил Шубина:
– Так вы с ним встречались в Париже?
– Многократно, и всегда оставалось о нем прекрасное мнение. Сегодня в своих суждениях господин Дидро особенно строг и беспощаден. Очевидно, живя в Париже, он был лучшего мнения о наших управителях.
– Да, – задумчиво промычал Левицкий, оглядываясь назад, – слышала бы его царица – в двадцать четыре часа выпроводила бы за границу.
– Он и без того не задержится, – заметил Шубин. – Видать, не особенно его привлекает пышность двора и вопиющая бедность мужицкого населения России.