Машину трясло на ухабах. Чапаев, прильнув к пулемету, стрелял без остановки.
Опять метнулись мимо зеленые огороды, старые плетни… Вот уже степь дохнула в лицо сухим и горьким запахом полыни… А сзади неслись белые кавалеристы.
Шофер нагнул голову к самому рулю и боялся оглянуться. С минуты на минуту он ждал, что пуля пробьет шину — и тогда конец. А позади, заставляя дрожать весь кузов машины, отрывисто и часто стучал пулемет Чапаева. И вдруг замолк.
Шофер услыхал чуть охрипший голос Чапаева:
— Патроны кончились.
Автомобиль был уже среди ровной степи. Белые кавалеристы скакали далеко позади. Скоро они и сами поняли, что им не догнать сильную машину, и повернули назад — подбирать убитых и раненых.
Чапаев вдруг засмеялся:
— Вот так напились чаю!
Шофер не расслышал: скорость была бешеная, ветер свистал в ушах и заглушал слова Чапаева.