Белые начали пулеметный обстрел раньше, чем можно было ожидать. Но пули неслись не из станицы. Пулеметы противника били с высоких ветряных мельниц, стоявших в стороне, на холмах.
Чапаев привстал на стременах и зорко глядел в бинокль. Рыжий конь горячился под ним, не хотел стоять на месте. Чапаев повернул его и поскакал в ту сторону, где стояли наши тяжелые орудия. На всем скаку он махнул рукой командиру батареи, и тот подбежал к нему выслушать приказ.
— Бить по ветрякам! — закричал Чапаев. Командир бегом бросился к своей батарее.
Теперь орудия гремели с обеих сторон. Казалось, само небо готово расколоться.
А Чапаев скакал уже в другом конце поля. Черная бурка его распласталась по ветру, как крылья.
Иваново-вознесенцы услышали позади себя его голос:
— Пулеметы в порядке? Патронов хватает?.. И бойцы, чувствуя, что Василий Иванович неподалеку, смотрели веселей, старались подтянуться, выглядеть молодцами, походить на него самого.
Бой разгорался.
Вдали пылала ветряная мельница. Ее зажгли снаряды нашей артиллерии. Сквозь шум боя с холмов доносился громкий треск: взрывались в огне пулеметные патроны.