Из штаба неслись приказы – «наступать дальше», но они выполнены не были. Солдаты не шли, несмотря на приказы офицеров. «Низы» оказывались умнее «верхов» и неплохо разбирались в обстановке боя.
Немцы вели огонь, главным образом, с левой стороны. Справа, где находилась деревня, не было сделано ни одного выстрела. Говоря с комбатом по телефону я обратил его внимание на это обстоятельство.
– Знаете, что… я вам пришлю сейчас нескольких разведчиков. Разъясните им обстановку на местности и пошлите их узнать, что там делается. Может быть, удастся занять деревню – говорил по телефону комбат. Он, видимо надеялся «захватить населенный пункт» и как то оправдать всю эту явно неудачную операцию, за которую он нес ответственность.
Через десять минут ко мне явился молодой младший лейтенант, лет восемнадцати, с тремя солдатами. Он только что окончил военную школу и не знал не только войны, но и вообще жизни. Мальчик мечтал о подвигах и орденах…
Я объяснил ему положение, показал куда надо идти, дал точные инструкции, что следует делать, строго запретил ему вести какие либо активные действия. Все четверо, бегом спустились к полотну и исчезли из виду.
Приблизительно через час с лишним, эта четверка неожиданно вынырнула откуда то из за деревьев и доложила о результатах разведки.
Беспрепятственно перебравшись через железную дорогу, разведчики вышли к старому кладбищу, находившемуся около самой деревни. Прячась за могильными памятниками, они приблизились к деревне. На ее окраине стоял сарай, видимо, для сена, имевший с двух сторон широкие двери для сквозного проезда возов с хлебом или с сеном. Отворив двери, разведчики вошли во внутрь. Сарай был пуст. Прильнув к щелям в стене, выходящей на деревенскую улицу, разведчики стали наблюдать.
Была ли причиной этого полнейшая неопытность, или виной была метель, но заметив на деревенской улице группу солдат с автоматами, наши разведчики, вернее их молодой командир, решили, что это свои. Выйдя из сарая, они направились к ним навстречу. И лишь сойдясь довольно близко, – к своему ужасу, оказались перед бравым немецким унтер-офицером и несколькими солдатами. Наши оцепенели; застыли от неожиданности и немцы. Первыми опомнились разведчики. Пустив очередь из автоматов, они юркнули обратно в сарай, захлопнули двери, пролетели через него и кинулись на кладбище. Прячась за могилы, они ушли, отстреливаясь от гнавшихся за ними немецких солдат.
– Вот видите, товарищ старший лейтенант, чуть с хода в плен не попал – говорил юный офицер, блестя глазами и радостно улыбаясь, вспоминая свое первое боевое крещение.
Быть может, для него было бы лучше, если он попал в плен. На другой день он был убит наповал шальной пулей, попавшей ему в голову.