— Да мы его уже не пьём, — сказал Савушкин. — Это питьё нам не по вкусу пришлось.
Уваров прищурился:
— Что так?
— Да так уж... — неопределённо ответил Савушкин. — Оно тоже не совсем полезно, это самое молоко. С непривычки особенно. Бруцелёз ещё какой-то в нём имеется.
— Ну?
— Ну вот. Я и говорю: не полезно.
— Полезней спирта ничего нет, — ввернул своё слово старик-завальщик; он стоял наверху эстакады, сложив на животе костлявые, тяжёлые руки, с хитрой, по-ребячьи радостной, озорной усмешкой смотрел на Уварова. — Молоко, оно, бывает, и скисается, а спирт сроду нет.
Раздался взрыв такого сердечного смеха, что Уваров не выдержал и рассмеялся тоже.
— Чему это вы? — спросила подошедшая Анна.
— Да вот... корову-то они, похоже, продали.